просто человек. привет
У меня какая-то красивая в своем сумасшествии соседка.
Хотела я, значит, похандрить, а она прибежала и как давай развешивать гирлянды по всей комнаты под песни Синатры. Потом ещё и мандаринку с чаем с корицей дала.

Led Zeppelin - Tangerine

art
саммеру 13 лет сегодня
вот я сижу на больничной койке. вокруг темнота, только красная маленькая лампочка над потолком мигает. играет страшная музыка. парень-маньяк обнимает меня за плечи, а я, свернувшись калачиком, невольно прислоняюсь к нему всем телом. это милый неосознанны защитный жест, который он сделал, когда мы огромной кучей свалились на эти койки, потому что за нами гнался монстр. парень-маньяк очень тёплый. по коридору кто-то идет, но мы его не видим, обзор закрыт большой белой шторой. этот кто-то негромко поет песню элвиса пресли «love me tender». люблю эту песню, она грустная. и я тихонечко начинаю подпевать ему, вызывая смех у ребят. они говорят петь громче, и я пою. а потом включается бензопила и становится уже не до песни.
рассказывать события этого дня, наверное, нужно с самого-самого утра. итак, вот мы. я и все остальные ребята-пугалки обедаем в нашей гримерке. утром было собрание, а потом мы всей оравой уехали на нашу локу, чтобы репетировать и учить стажёрку.
мы все сидим прямо на локации, равномерно распределившись по полу, креслам и тумбочкам. я выползаю из-под стола. в тесных high waist джинсах и в розовых тапочках с котиками. показываю девочке-стажеру основные приколы нашей работы. парни-маньяки, вдохновившись, тоже пробуют ползать как мы. они очень большие и высокие, поэтому выглядят страшно, занимая почти все пространство на полу. мы все смеемся. потом кричим, говорим детским голосом, висим на стене (парни тоже висят по приколу). и я в моменте чувствую такое бесконечное счастье и спокойствие, находясь в нашем маленьком актерском мирке.
через пару часов мы прогоняем игру полностью, чтобы другая девочка отрепетировала админскую часть. я не помню, когда последний раз проходила наш квест игроком. это стало относительно скучно. в одной из комнат мы с парнем-маньяком просто ложимся на спину и смотрим в потолок. мне кажется, на камерах это выглядит смешно. особенно наша разница в росте. еще мы с ним играем в крокодила, перекидываем друг другу кукольную голову с выдавленными кровавыми глазами, сидим вдвоём на круглом столе. я очень устаю, на самом деле. и от этого мне становится грустно. наверное, от усталости. когда игра кончается - я ухожу в дальнее помещение для праздников, сажусь в подвисное кресло и звоню денису по видео, но он не может говорить. он за рулём. куда-то едет по турции. я очень скучаю. тяжело от того, что мы оказались так далеко. это идиотское чувство.
сегодня днем было прохладно и дул ветер, листья каким-то бесконечным потоком носились по небу. а вечером, когда я, расстроенная невозможностью поболтать с денисом, глянула в окно - все уже было белое. пошел первый снег. первый большой снегопад. очень красиво. я так ждала снега в этом году.
а это мы все сидим на полу в еще одном помещении для праздников. свет не горит, только гирлянда переливается на стене. тихо-тихо играет музыка на колонке, какая-то мелодичная русская песня. я в чешках, в своих чёрных пижамных штанах и водолазке. мы говорим о неприятных вещах, немного ссоримся. и тратим кучу времени на разжевывание каких-то волнующих рабочих моментов. наверное, так происходит, потому что у нас редко получается найти время, чтобы всем вместе посидеть и обсудить волнующие вопросы. и поэтому мы несколько часов сидим в темноте, объясняя друг другу причины своих поступков.
на вечер у нас запланирован совместный поход на квест. есть один проект на который мы так много месяцев хотели пойти, но никак не получалось. а эта неделя - последняя для девушки-режиссёра на нашей работе. поэтому сегодня было решено любой ценой сгонять туда вместе.
ближе к 10 вечера мы сидим с девочками в гримерке и красимся, обсуждаем духи и маски для губ. это почему-то какой-то общажный вайб. я думаю о том, что мы стали очень близки за последние несколько месяцев. а еще я такая эмоционально-уставшая, что уже ничего не хочу. я сплю на плече у девушки-режиссёра, когда мы едем в метро. милый момент единения. я буду скучать по ней так сильно.
так мы и оказываемся на этой больничной койке, сплетенные в один большой клубок. это забавно. никогда бы не подумала, что буду иметь потребность и желание бегать с криками по коридорам, ползать по узким тоннелям. вот, кстати, опять мы. привязаны к различным предметам мебели. равномерно распределены по всей площади небольшой комнаты. я нахожусь в самом углу, пристегнутая к трубе, поэтому мне открывается обзор на все происходящее. картина прекрасная: мои любимые коллеги, получающие пиздюля. такое я уже видела некоторое количество раз, поэтому мне вдруг становится смешно от того насколько это привычная картина. и от абсурдности этой жизни и этого дня. типичный вечер вторника. но когда мы выбираемся из той комнаты, потирая пережатые запястья, а потом с орами бежим по длинному коридору, впечатываясь в стену, я правда чувствую такую легкость и счастье.
я еду домой на такси. и всю получасовую поездку мы с таксистом курим сигареты и обсуждаем любовь. разные виды любви. он рассказывает про дальнобой, про свой дом в дагестане, про то как ему изменяла девушка. и как тяжело ему было это пережить. меня это умиляет. и я даже делюсь с ним чем-то очень сокровенным, хотя мне такое несвойственно. мы едем сквозь эту густую снежную пелену по пустой дороге.
Прекрасное далёко, не будь ко мне жестоко

Я не знаю, куда это всё приведёт, но я вижу улыбку, я слышу слова поддержки, и мне больше не страшно. В конце концов, есть вещи и пострашнее расставаний и переездов в бетонную коробку, где из удобств только диван и даже плиты нет. Но всё к лучшему и всё переменится. Мне очень хочется пронести в себе это сладкое послевкусие от вечера и каждый раз напоминать себе самому: безвыходная ситуация только одна — смерть. Всё остальное решаемо!
art
мы с девочкой-режиссером сидим в лофте, пьем энергетики и слушаем музыку - переключаем наш стандартный плей-лист, и я играю в «угадай мелодию» сама с собой. это моя любимая игра. этот час - самый комфортный и успокаивающий за день. мне очень нравится девочка-режиссёр, мы похожи, и я всегда чувствую себя в безопасности, когда мы работаем вместе. через какое-то время приходят игроки, мы отводим две игры разной степени прикольности, а потом смываем косметику, пьем чай и ложимся спать в нашей гримерке.
я полюбила ночевать на работе. после того как денис уехал в турцию, я не хочу возвращаться домой. и часто сплю на работе. мы украсили нашу гримерку, сделали ее уютной и милой женской комнаткой. с теплыми пледами, розовыми стенами, плакатами, большими подушками для сна. я перевезла туда фен, полотенце, шампунь и бальзам, жижи для пода, чистое белье. и каждый раз, когда нам подает поздняя игра, я с облегчением думаю о том, что теперь не надо будет ехать домой по темноте.
сегодня утром мы с девочкой-режиссером проснулись за 30 минут до начала рабочего дня. я звонила игрокам, а в это время кто-то бесконечно звонил нам в дверь. и там какие-то бесконечные девчонки, девчонки. они все пришли на какое-то собеседование. я растеряно стояла перед ними в пижамных штанах и тапочках, говорила им: «вам не сюда, если бы у нас было собеседование, то я бы знала об этом». а потом приезжает наша начальница и проводит им собеседование. девочка-программист увольняется, и нам нужен новый сотрудник. я так и не поняла почему она уходит, мы еще не разговаривали. но, насколько я понимаю, у нее свадьба и это занимает много времени. мне печально, но не слишком. мне нравится девочка-программист, она тоже очень комфортная. мы с ней мало пересекались, но у нас было пару дней, когда мы тупили вдвоём на работе, ели пиццу и смотрели «постучись в мою дверь». еще были дни, когда мы ездили к парням, чтобы учить их админскую часть. и она спала на моих коленях во время игр. это такая смешная умиротворяющая картина: парень, которых похож на моего бывшего, на камерах кривляется и кошмарит игроков топором; девочка-режиссёр жутко вещает в микрофон, который превращает ее голос в тяжёлый механический голос маньяка; я сижу на диване, пью адреналин и курю свой под, выдыхая пар вниз, чтобы не сработала пожарная сигнализация, а девочка-программист просто спит на моих коленях, свернувшись калачиком. и ее не будит страшная музыка, бензопила и чужие крики. она немного сопит.
короче, весь день мы возились со стажерами. я учила их кричать, ползать, висеть на стене, говорить детским голосом. мне это напомнило те августовские дни, когда я тоже приезжала сюда на стажировку и училась кричать. это было так недавно, но такое ощущение, что уже прошла вечность. это все было вечность эмоциональных сил назад.
сегодня ночью мы отвели еще одну игру с девочкой-режиссером. команда была потрясающая, они так меня боялись. хотелось сделать им пиздатое шоу, несмотря на то, что я вся перебилась, когда учила стажеров. разбила себе колени и левый локоть случайно. надеюсь, с коленом ничего страшного не случилось, оно так неприятно ноет.
завтра у меня выходной - пустой и свободный день, который я потрачу на сон и просмотр футбола. я пропустила столько матчей… и пропустила вручение золотого мяча, но тот день все равно был счастливый. я сидела в холодильнике, смотрела на фотографии карима бензема с этой огромной наградой и чувствовала себя такой счастливой от этого.

Взялась за старое) Пытаюсь выработать какой-то свой маленький стиль, нашла фактурную бумагу по душе и новые кисти, пока плохо получается избавиться от рваных линий и неаккуратности, но я стараюсь.

Если в тебе нет любви, ты вымучен, агрессивен и несдержан, пытаясь создать что-то своими обессиленными руками, ты лишь разрушишь себя. Как пустой глиняный сосуд, рассыпаясь песком и пылью, создашь лишь сухой скрежет в звенящей пустоте - то же самое, что ты чувствуешь, когда рассыпаешься сам
типичная пятница на работе. я с банкой адреналина сижу в админской в пижаме. девочка-программист тоже здесь. она показывает мне залы, которые нашла для своей свадьбы. и мы обсуждаем их. на экранах перед нами ребята лет 18-20 - игроки, которые забились в угол и боятся музыки. это смешно. девочка-программист на них не смотрит, она увлечена своей будущей свадьбой. ей неделю назад сделали предложение, и все о чем мы говорим - свадьба.
сегодня еженедельное собрание на работе. такой день, когда мы всем коллективом приезжаем на квест к мальчикам и болтаем с руководством, а потом нам платят. и вот мы все здесь. точнее, здесь все что от нас осталось. два парня одним днём уволились на прошлой неделе и уехали. я рада за них. хотя и очень скучаю. и мне непривычно быть тут без этих здоровяков. я замечаю, что когда мы заходим в комнату отдыха - никто не знает куда садиться, потому что раньше у каждого из нас было своё место, а теперь осталось слишком много пустого пространства. я сижу на своём обычном месте в углу. и, если не думать ни о чем, это самое обычное собрание. никто ещё не проснулся, мы все пьём энергетики и курим курилки. шумим, переглядываемся, рассказываем смешные истории.
когда собрание заканчивается - мы снимаем обувь и остаёмся лежать на диванах. следующая игра только в 4 часа дня и, возможно, мы могли бы поехать на свою локацию и заняться чем-то полезным, но сегодня ленивое настроение. поэтому мы просто болтаем о свадьбе, зубных врачах, о психиатрических больницах, универах. я ем вафли с варёной сгущенкой. мы - это я, девочки и парень-маньяк, который похож на моего бывшего. я к нему уже притерлась. возможно, совместное собирание пазла нас немного сблизило. и, на самом деле, он очень адекватный и хороший.
я почему-то чувствую себя одновременно странно взрослой и очень маленькой. наверное, наш образ жизни так влияет на восприятие себя. потому что мы, вроде, целыми днями обжираемся сладким, играем в настолки, спорим о супергероях, стреляем из игрушечных пистолетов. но попутно переживаем одну общую драму и несколько частных. например, я ем вафельку, а потом меня тошнит в туалете, потому что у меня снова нервное рпп. девочка-программист переживает кризис помолвки, сходя с ума от организации свадьбы. парень-маньяк рассказывает истории из психушки. и вся наша жизнь вне этих стен наполнена этими идиотскими «взрослыми» проблемами. поэтому приятно тут быть. лежать, поедая всякие гадости и курить, словно соску, курилку с яблочной жижей.
в три часа мы срастаемся в большой клубок и смотрим на телефоне прямой эфир плешивого. я переползаю на мешок-пуффик, а остальные ложатся на диван около моей головы. и ебаный эфир не начинается так долго, что я уже начинаю опаздывать на свою игру. на машине от мальчиков до нас ехать минут 10, но мне нужно ещё сделать грим и включить компы. поэтому я переживаю. и не только поэтому. парень-маньяк берет меня за запястье и читает мою татуировку. тактично игнорирует мои убогие шрамы. потом берет другую руку и тоже читает. я терпеливо перевожу ему слова. он спрашивает что означает мое колечко с человечком. это детский и милый вопрос. потому что обычно кольца - это просто кольца. мне вся эта картина кажется умилительной точкой невозврата. моя жизнь сейчас такая простая и, по большей части, приятная… мне так нравится все это. и ее, как оказалось, слишком легко разрушить. разрушить все это тихое и хорошее. поэтому мне очень хочется застыть в этом моменте, когда мы так мирно тусуемся в нашей комнате отдыха, планируя совместный вечер понедельника, поход в бар, покупку новых пазлов и настолок. прямой эфир ужасный. и если в начале мы ещё неловко смеёмся над лицами «сливок общества», то потом всем становится паршиво. наверное, паршиво - неправильное слово. оно не вмещает весь ужас, который рождается внутри. я скатываюсь с пуффика, надеваю ботинки, мы обнимаемся на прощание. и девочка-программист увозит нас на локацию.
вечером у нас три игры. меня тошнит. люди меня боятся, орут, а потом мы вместе смеёмся и обнимаемся. я оставляю свои вафельки у мальчиков и пишу им, чтобы они не забыли их съесть. они шлют мне сердца. это жест заботы. я представляю как они едят эти вафли, заливая в бензопилу масло и бензин. а потом, ползая по полу под страб, я думаю о том, что парень-маньяк сейчас, наверное, орет на кого-то маньяческим голосом, а девочка-режиссёр включает ему музыку и свет. и мне почему-то становится хорошо от этой мысли.
art